Забитые Люди — Страница 37

Загрузить книгу на мобильный телефон.

.. И все это
ведь не из-за дела (до которого Васе и всякому другому подобному ни малейшей
нужды нет), а именно из-за того, как взглянут, что скажут, - из-за того, что от
этого взгляда жизнь Васи зависит, в этом слове вся его участь может заключаться.

<Говорят, отрадно человеку иметь за собою кого-нибудь, кто о
нем заботится, за него думает и решает, всю его жизнь, все его поступки и даже
мысли устраивает. Говорят, это так согласно с естественной инерцией человека, с
его потребностью отдаваться кому-нибудь беззаветно, поставить для души
какой-нибудь образец и владыку, в воле которого можно бы почивать спокойно. Все
это очень может быть справедливо в известной степени и может оправдываться даже
историей. Но едва ли это мнение может найти себе оправдание в тенденциях
современных обществ. Оттого ли, что общества новых времен вышли из состояния
младенчества, в котором естественное чувство бессилия необходимо заставляет
искать чужого покровительства; оттого ли, что прежние, известные нам из истории
покровители и опекуны обществ часто так плохо, оправдывали надежды людей,
доверявших им свою участь, - но только теперь общественные тенденции повсюду
принимают более мужественный, самостоятельный характер. Высокие добродетели
слепой, безумной преданности, безусловного доверия к авторитетам, безотчетной
веры в чужое слово становятся все реже и реже; мертвенное подчинение всего
своего существа известной формальной программе - ив ордене иезуитов осталось уже
едва ли не на бумаге только. "Естественная человеку инерция" признается уже
каким-то отрицательным качеством, вроде способности воды замерзать;
напротив,> на первом плане стоит теперь инициатива, то есть способность
человека самостоятельно, самому по себе браться за дело, - и о достоинствах
человека судят уже по степени присутствия в нем инициативы и по ее направлению.
Все как-то стремится стать на свои ноги и жить по милости других считает
недостойным себя. Такое изменение тенденций произошло в обществах новых народов
Европы с конца прошлого столетия. Можем сказать, что изменение это не миновало
отчасти и нас. <Не касаясь других сфер, недоступных в настоящее время нашему
описанию,> для примера возьмем хотя литературу. То ли она представляет
теперь, что за полвека назад? С одной стороны, литература в своем кругу - лицо
самостоятельное, не ищущее милостивцев и не нуждающееся в них; только иногда,
очень редко, какой-нибудь стихотворец пришлет из далекой провинции журнальному
сотруднику водянистые стишки с просьбою о протекции для помещения их в таком-то
журнале. Да эти чудаки большею частию оказываются людьми старого веку, на склоне
лет взыгравшими поэтическим вдохновением...