«Что такое обломовщина»
Загрузить книгу на мобильный телефон.
Если б он, подобно своим братцам, пустился толковать во всеуслышание о том,
о чем теперь осмеливается только мечтать, то он каждый день испытывал бы
огорчения, подобные тем, какие испытал по случаю получения письма от
старосты и приглашения от хозяина дома - очистить квартиру. Прежде с
любовью, с благоговением слушали фразеров, толкующих о необходимости того
или другого, о высших стремлениях и т.п. Тогда, может быть, и Обломов не
прочь был бы поговорить... Но теперь всякого фразера и прожектера* встречают
требованием: "а не угодно ли попробовать?" Этого уже обломовцы не в силах
снести...
______________
* Прожектер (с франц.) - любитель фантастических, несбыточных планов
(прожектов).
В самом деле - как чувствуется веяние новой жизни, когда, по прочтении
"Обломова", думаешь, что вызвало в литературе этот тип. Нельзя приписать
этого единственно личному таланту автора и широте его воззрений. И силу
таланта и воззрения самые широкие и гуманные находим мы и у авторов,
произведших прежние типы, приведенные нами выше. Но дело в том, что от
появления первого из них, Онегина, до сих пор прошло уже тридцать лет. То,
что было тогда в зародыше, что выражалось только в неясном полуслове,
произнесенном шепотом, то приняло уже теперь определенную и твердую форму,
высказалось открыто и громко. Фраза потеряла свое значение; явилась в самом
обществе потребность настоящего дела. Бельтов и Рудин, люди с стремлениями
действительно высокими и благородными, не только не могли проникнуться
необходимостью, но даже не могли представить себе близкой возможности
страшной, смертельной борьбы с обстоятельствами, которые их давили. Они
вступали в дремучий, неведомый лес, шли потоп-кому, опасному болоту, видели
под ногами разных гадов и змей и лезли на дерево, - отчасти чтоб посмотреть,
не увидят ли где дороги, отчасти же для того, чтобы отдохнуть и хоть на
время избавиться от опасности увязнуть или быть ужаленными. Следовавшие за
ними люди ждали, что они скажут, и смотрели на них с уважением, как на
людей, шедших впереди. Но эти передовые люди ничего не увидели с высоты, на
которую взобрались: лес был очень обширен и густ. Между тем, взлезая на
дерево, они исцарапали себе лицо, переранили себе ноги, испортили руки...
Они страдают, они утомлены, они должны отдохнуть, примостившись как-нибудь
поудобнее на дереве. Правда, они ничего не делают для общей пользы, они
ничего не разглядели и не сказали; стоящие внизу сами, без их помощи, должны
прорубать и расчищать себе дорогу по лесу. Но кто же решится бросить камень
в этих несчастных, чтобы заставить их упасть с высоты, на которую они
взмостились с такими трудами, имея в виду общую пользу? Им сострадают, от
них даже не требуют пока, чтобы они принимали участие в расчистке леса; на
их долю выпало другое дело, и они его сделали.
|
... Они давно говорили о том, чтобы дать объявление в газету, но так и не собрались; а повесить его на стену они, естественно, не желали. Я никогда бы не позвонил к ним в дверь, если бы дом не показался мне именно таким, о каком я думал. Тем не менее, когда она ко мне вышла, я счел, что ошибся. И знакомство наше началось с того, что я попросил прощения. На ней было черное шелковое платье с белыми кружевными манжетами и воротником - словно она собралась ехать в коляске, с визитом. Стоило ей заговорить, я сразу догадался, что она южанка. У них у всех был такой голос. Описать его мне все равно не удастся. Нет ничего хуже подвыва южан - даже гундосый новоанглийский выговор приятнее. Но у них этого подвыва не было. Их голоса навевали мысли о солнце, неспешных послеполуденных часах и ленивых реках - и о времени, времени, времени, просто текущем как поток, никуда в особенности, но веселом. Видимо, ей понравилось, что я попросил прощения: она пригласила меня войти и дала кусок фруктового пирога с лимонадом. Я слушал ее разговор, и чувство возникало такое, как будто я долго был замерзшим и только-только начинаю согреваться. В леднике всегда стоял кувшин лимонаду, но девушки охотнее пили кока-колу. Я видел, как они пили ее, придя с метели морозной зимой. Они вообще не уважали холод и потому делали вид, что его как бы не существует. Это было в их характере. Комната оказалась точно такой, какую я хотел, - большая и солнечная, она выходила на маленький задний двор с останками декоративного кустарника и какой-то долгомерной травой. Забыл сказать: дом стоял в старом переулке недалеко от Проспект-парка. Впрочем, неважно, где он стоял. Его, наверно, уже нет. Знаете, мне пришлось собрать всю мою храбрость, чтобы спросить у миссис Фордж о цене. Она была очень вежлива, но почему-то я чувствовал себя ее гостем. Не знаю, будет ли это вам понятно. А она не смогла мне ответить. - Видите ли, мистер Саутгейт, - сказала она мягким, кротким, беспомощным голосом, льющимся неудержимо, как вода, - очень жаль, что вы не застали мою дочь Еву. Когда мы приехали сюда, чтобы моя дочь Мелисса училась живописи, моя дочь Ева поступила на коммерческую должность. И как раз сегодня утром я ей говорю: "Ева, милая, представь себе, что Сирина отлучилась и приходит какой-нибудь молодой человек поинтересоваться этой комнатой...
|
Бене Стивен Винсент
«Очарование»
|
|
Н. А. Добролюбов. Биографическая справка
Научная Библиотека им. Н.А. Добролюбова
Памятник русским писателям: Литераторские Мостки
Конспект статьи Добролюбов Н.А. «Луч света в тёмном царстве»
Все статьи
Андахази Федерико
Брюсов Валерий Яковлевич
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net
|
