«Луч света в темном царстве»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

Ей нет
особенной охоты выходить замуж, но нет и отвращения от замужества; нет в ней
любви к Тихону, но нет любви и ни к кому другому. Ей все равно покамест, вот
почему она и позволяет делать с собой что угодно. В этом нельзя видеть ни
бессилия, ни апатии, а можно находить только недостаток опытности, да еще
слишком большую готовность делать все для других, мало заботясь о себе. У
ней мало знания и много доверчивости, вот отче о до времени она не
выказывает противодействия окружающим и решается лучше терпеть, нежели
делать назло им.
Но когда она поймет, что ей нужно, и захочет чего-нибудь достигнуть, то
добьется своего во что бы то ни стало: тут-то и проявится вполне сила ее
характера, не растраченная в мелочных выходках. Сначала, по врожденной
доброте и благородству души своей, она будет делать все возможные усилия,
чтобы не нарушить мира и прав других, чтобы получить желаемое с возможно
большим соблюдением всех требований, какие на нее налагаются людьми,
чем-нибудь связанными с ней; и если они сумеют воспользоваться этим
первоначальным настроением и решатся дать ей полное удовлетворение, - хорошо
тогда и ей и им. Но если нет, - она ни перед чем не остановится: закон,
родство, обычай, людской суд, правила благоразумия - все исчезает для нее
пред силою внутреннего влечения; она не щадит себя и не думает о других.
Такой именно выход представился Катерине, и другого нельзя было ожидать
среди той обстановки, среди которой она находится.
Чувство любви к человеку, желание найти родственный отзыв в другом
сердце, потребность нежных наслаждений естественным образом открылись в
молодой женщине и изменили ее прежние, неопределенные и бесплотные мечты.
"Ночью, Варя, не спится мне, - рассказывает она, - все мерещится шепот какой
то: кто-то так ласково говорит со мной, точно голубь воркует. Уж не снятся
мне, Варя, как прежде, райские деревья да горы; а точно меня кто-то обнимает
так горячо-горячо и ведет меня куда-то, и я иду за ним, иду..." Она сознала
и уловила эти мечты уже довольно поздно; но, разумеется, они преследовали и
томили ее задолго прежде, чем она сама могла дать себе отчет в них. При
первом их появлении она тотчас же обратила свое чувство на то, что всего
ближе к ней было, - на мужа. Она долго усиливалась сроднить с ним свою душу,
уверить себя, что с ним ей ничего не нужно, что в нем-то и есть блаженство,
которого она так тревожно ищет. Она со страхом и недоумением смотрела на
возможность искать взаимной любви в ком-нибудь, кроме его. В пьесе, которая
застает Катерину уже с началом любви к Борису Григорьичу, все еще видны
последние, отчаянные усилия Катерины - сделать себе милым своего мужа.