«"Собеседник любителей российского слова"»

Это общество, столько перенесшее и выстрадавшее, так часто останавливаемое враждебными обстоятельствами в естественном ходе своего развития, так стесняемое в самых чистых и высоких своих стремлениях, связанное во всем по рукам и ногам вследствие совершенно неравномерного распределения в нем умственных и вещественных преимуществ,— это общество, не имея возможности действовать, искало отрады по крайней мере в слове — умном, смелом, благородном, выводившем на посмеяние все низкое и пошлое и выражавшем живое стремление к новому, лучшему, разумному порядку вещей. Никогда не замирало у нас это направление, и во всем, что есть лучшего в нашей словесности, от первых народных песен до произведений Гоголя и стихотворений Некрасова, видим мы эту иронию, то наивно-открытую, то лукаво-спокойную, то сдержанно-желчную. Она нашла себе представителей и в 70-х годах прошлого века. Число журналов, начавшихся "Всякою всячиною" (1769) и отличавшихся преимущественно сатирическим направлением, довольно велико. В этом же году появились: "И то и се", "Ни то ни се", "Поденьщина", "Полезное с приятным", "Смесь"4 и "Трутень".— В следующем году издавался "Парнасский щепетильник" Новикова, в 1771 году — "Трудолюбивый муравей" Рубана, в 1772 году — "Вечера" и "Живописец" Новикова5, имевший такой блестящий успех, что "Живописец" снова перепечатан был в следующем же году. С этого времени Новиков решительно овладел поприщем журналистики. В 1774 году издавал он "Кошелек"; в 1777—1780 годы — "Утренний свет"; в 1781 году — "Московское ежемесячное издание"; в 1782 году — "Вечернюю зарю", как продолжение "Утреннего света", и в 1784 году заключил все это "Покоящимся трудолюбцем". Не все новиковские издания отличаются одинаковым направлением, а потому не все имели одинаковый успех6. В "Утреннем свете" является уже характер более философский, нежели сатирический, и только стихотворения да анекдоты все еще напоминают веселую сатиру. В "Вечерней заре" уже преобладают рассуждения — о посте, о бессмертии души, о суете сует, об истинном блаженстве, о совести, об откровении, о египетской морали и догматике и т. п. Самые стихотворения представляют большею частию переложение молитв, псалмов и душеспасительные размышления. То же самое находим в "Покоящемся трудолюбце", где в каждой книжке являются благочестивые размышления и духовные оды на любовь, на злобу, на смерть, на рождение вообще или чье-нибудь рождение в частности. Такое направление было очень почтенно и могло быть даже полезно в то время; но для этого нужно было немножко получше взяться за дело. Ввиду смелых и остроумных нападений величайших умов того времени нельзя уже было довольствоваться прежнею рутиною, обращениями к чувству, восклицательными знаками, изношенными сравнениями; нельзя уже было прятаться за авторитет египетских, китайских и других мудрецов. А этим-то именно и отличаются рассуждения новиковских журналов. Они чрезвычайно напоминают сочинения на заданные темы, какими упражняют обыкновенно воспитанников духовных семинарий.