«Что такое обломовщина»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

.. и тогда,
господи! каких чудес, каких благих последствий могли бы ожидать от
такого высокого усилия! Но, смотришь, промелькнет утро, день уж
клонится к вечеру, а с ним клонятся к покою и утомленные силы
Обломова; бури и волнения смиряются в душе, голова отрезвляется от
дум, кровь медленнее пробирается по жилам. Обломов тихо, задумчиво
переворачивается на спину и, устремив печальный взгляд в окно к
небу, с грустью провожает глазами солнце, великолепно садящееся за
чей-то четырехэтажный дом. И сколько, сколько раз он провожал так
солнечный закат!

Не правда ли, образованный и благородно мыслящий читатель, - ведь тут
верное изображение ваших благих стремлений и вашей полезной деятельности?
Разница может быть только в том, до какого момента вы доходите в вашем
развитии. Илья Ильич доходил до того, что привставал с постели, протягивал
руку и озирался вокруг. Иные так далеко не заходят, у них только мысли
гуляют в голове, как волны в море (таких большая часть); у других мысли
вырастают в намерения, но не доходят до степени стремлений (таких меньше); у
третьих даже стремления являются (этих уж совсем мало)...
Итак, следуя направлению настоящего времени, когда вся литература, по
выражению г.Бенедиктова, представляет

...нашей плоти истязанье,
Вериги в прозе и стихах[*],

мы смиренно сознаемся, что как ни лестны для нашего самолюбия похвалы
г.Гончарова Обломову, но мы не можем признать их справедливыми. Обломов
менее раздражает свежего, молодого, деятельного человека, нежели Печорин и
Рудин, но все-таки он противен в своей ничтожности.
Отдавая дань своему времени, г.Гончаров вывел и противоядие Обломову -
Штольца. Но по поводу этого лица мы должны еще раз повторить наше постоянное
мнение, - что литература не может забегать слишком далеко вперед жизни,
Штольцев, людей с цельным, деятельным характером, при котором всякая мысль
тотчас же является стремлением и переходит в дело, еще нет в жизни нашего
общества (разумеем образованное общество, которому доступны высшие
стремления; в массе, где идеи и стремления ограничены очень близкими и
немногими предметами, такие люди беспрестанно попадаются). Сам автор
сознавал это, говоря о нашем обществе: "вот глаза очнулись от дремоты,
послышались бойкие, широкие шаги, живые голоса... Сколько Штольцев должно
явиться под русскими именами!" Должно явиться их много, в этом нет сомнения;
но теперь пока для них нет почвы. Оттого-то из романа Гончарова мы и видим
только, что Штольц - человек деятельный, все о чем-то хлопочет, бегает,
приобретает, говорит, что жить - значит трудиться, и пр. Но что он делает и
как он ухитряется делать что-нибудь порядочное там, где другие ничего не
могут сделать, - это для нас остается тайной.