Скрестить, упереть в бока, опустить; уцепиться пальцами за краешек сиденья, положить руки на бедра, или закинуть их за голову, или сплести пальцы на животе..
e earth, and it is about 93 millions of miles away, while the mass of the moon is about 1-80th of that of the earth, but it averages only 240,000 miles away, varying between 220,00..
в 10-м явлении комедии). Итак, публика дозволено было видеть эту комедию только один раз! А разве достаточ..
Придавать им нарочно эту ясность - значит насиловать и искажать существующую действительность. Будто бы в самом деле всякое преступление носит в себе самом свое наказание? Будто оно всегда сопровождается мучениями совести, если не внешнею казнью? Будто бережливость всегда ведет к достатку, честность награждается общим уважением, сомнение находит свое разрешение, добродетель доставляет внутреннее довольство? Не чаще ли видим противное, хотя, с другой стороны, и противное не может быть утверждаемо как общее правило... Нельзя сказать, чтоб люди были злы по природе, и потому нельзя принимать для литературных произведений принципов вроде того, что, например, порок всегда торжествует, а добродетель наказывается. Но невозможно, даже смешно сделалось строить драмы и на торжестве добродетели! Дело в том, что отношения человеческие редко устраиваются на основании разумного расчета, а слагаются большею частию случайно, и затем значительная доля поступков одних с другими совершается как бы бессознательно, по рутине, по минутному расположению, по влиянию множества посторонних причин. Автор, решающийся отбросить в сторону все эти случайности в угоду логическим требованиям развития сюжета, обыкновенно теряет среднюю меру и делается похож на человека, который все измеряет на maximum*. Он, например, нашел, что человек может, без непосредственного вреда для себя, работать пятнадцать часов в сутки, и на этом расчете основывает свои требования от людей, которые у него работают. Само собою разумеется, что расчет этот, возможный для экстренных случаев, для двух-трех дней, оказывается совершенно нелепым как норма постоянной работы. Таковым же нередко оказывается и логическое развитие житейских отношений, требуемое теориею от драмы. ______________ * Максимальное, наибольшее количество (лат.).
Нам скажут, что мы впадаем в отрицание всякого творчества и не признаем искусства иначе, как в виде дагерротипа. Еще больше, - нас попросят провести дальше наши мнения и дойти до крайних их результатов, то есть что драматический автор, не имея права ничего отбрасывать и ничего подгонять нарочно для своей цели, оказывается в необходимости просто записывать все ненужные разговоры всех встречных лиц, так что действие, продолжавшееся неделю, потребует и в драме ту же самую неделю для своего представления на театре, а для иного происшествия потребуется присутствие всех тысяч людей, прогуливающихся по Невскому проспекту или по Английской набережной. Да оно так и придется, если оставить высшим критериумом в литературе все-таки ту теорию, которой положения мы сейчас оспаривали. Но мы вовсе не к тому идем; не два-три пункта теории хотим мы исправить; нет, с такими исправлениями она будет еще хуже, запутаннее и противоречивее; мы просто не хотим ее вовсе.
Он шесть недель свершал прогулку Меж тех, кто осужден. В одежде серой, в сером кепи, Казался весел он. Но не знавал я, кто смотрел бы Так жадно в небосклон.
Да, не знавал я, кто вперял бы Так пристально глаза В клочок лазури, заменявший В тюрьме нам небеса, И в облака, что плыли мимо, Раскинув волоса.
Рук не ломал он, как безумец, Что посреди могил Дитя обманное-Надежду- Охотно б воскресил; Он лишь глядел на высь, на солнце И воздух утра пил.
Рук не ломал он и не плакал, Приняв, что суждено, Но жадно пил он солнце, словно Таит бальзам оно, И ртом открытым пил он воздух, Как чистое вино.
Шло много там же душ страдальных, Я с ними круг свершал, Мы все забыли наш проступок, Велик он или мал, За тем следя, угрюмым взором, Кто петли, петли ждал.
И странно было, что так просто Меж нами он идет, И странно было, что так жадно Он смотрит в небосвод, И странно было, что убил он И вот за то умрет.
---
Листвой зеленой дуб и клены Веселый май дарит, Но вечно-серый, любим виперой, Проклятый столб стоит, На нем плода не жди, но кто-то, Сед или юн, висит.
Стоять высоко-всем охота, Высь всех людей зовет, Но без боязни, в одежде казни, Кто встретит эшафот? Кто смело бросит взгляд, сквозь петлю, Последний в небосвод?
Плясать под звуки скрипок сладко, Мечта и Жизнь манят; Под звуки флейт, под звуки лютен Все радостно скользят. Но над простором, в танце скором, Плясать едва ль кто рад!
Прилежным взглядом, ряд за рядом, Следили мы за ним, И каждый думал, не пойдет ли И он путем таким...
